Как я беседовал с Петром Дрангой


Недавно, прогуливаясь по Морскому проспекту, я увидел афишу, из которой следовало, что Петр Дранга 5 ноября вновь выступит в Доме ученых. И тут я вспомнил, что мое единственное на данный момент интервью с деятелем культуры было именно с этим аккордеонистом. И было это в мае 2010 года, то есть 5 лет назад.

Текст интервью вообще-то предназначался для газеты «Бумеранг», где я в то время работал выпускающим редактором. Но полностью в газету не вошло. И пользуясь случаем, я решил, что пришла пора его опубликовать на сайте Sovok.info.

Петр Дранга. Фото Дмитрия Елисеева

Петр Дранга. Фото Дмитрия Елисеева

«Необычайно суровой сибирской  весной (накануне интервью, 18 мая 2010 года выпал снег) заболела корреспондентка «Бумеранга», которая должна сделать материал с известным аккордеонистом Петром Дрангой. И меня срочно попросили заменить ее, хотя я специализируюсь на других темах. А потому, вышло так, что за  три часа до встречи, я  ничего не знал о существовании Петра Дранги. Но, с другой стороны,  ему повезло меньше, он о моем существовании не подозревал в аккурат до импровизированной пресс-конференции. Но, тем не менее, нам, при стечении более подготовленных журналисток из специализированных изданий, удалось таки побеседовать. И Петр поделился своими впечатлениями об Академгородке, о музыке и даже ответил на вопрос, который попросили ему задать мой  коллега из издания «Коммерсант-Сибирь».

Конечно, как и полагается ответственному (правда, есть и другие мнения) журналисту, я внимательно проштудировал все публикации о Дранге, которые мне попались во всемирной сети. Из них у меня сложилось впечатление о том, что Петр немного взбалмошный, но в тоже время амбициозный и весьма оригинальный и, одаренный молодой человек. Первое впечатление меня вроде как не обмануло. В гримерку Дома ученых СО РАН ворвался молодой человек (г-н Дранга 1984 года рождения), который, отбросив пару-тройку комплиментов присутствующим журналисткам,  сразу же бросился к зеркалу, и слегка пригнулся, чтобы привести в порядок прическу… Штаны с низко посаженной талией и то, что было под этими штанами, вызвали вдавленный вздох молодых журналисток. Но Петр, увидев мой ироничный взгляд, сразу же стал серьезным и сказал:

 — Давайте я первым начну? Как вам живется в этом городе?

 То есть, он первым задал вопрос, который ему должны были задать мы. Журналистки смутились… Но одна из них все нашла, что ответить:

  • Холодно как-то.

— Ой, не  говорите, – сочувственно  сказал Петр, – снег с утра. Вообще просто крыша едет… И хочу сказать, я ни разу здесь, в Академгородке ни разу не был, хотя был в Новосибирске. Хотелось бы побыть подольше, дней так на десять, но мы сегодня (19 мая) улетаем. Что касается концерта… Вы же это хотите узнать? Вас ожидает интересная программа, ни на что не похожий, который на процентов на 80 будет состоять из моих авторских композиций, и  чуть-чуть будет кавер-музыка. Точно будет «Калина красная»…

Забегая вперед, скажу, что именно так и было. Но вернемся к беседе. Дранга поделился своими впечатлениями о совместной работе с Патрисией Каас.

Лранга 2 — Потрясающая женщина. Прекрасно работает, и у нее очень слаженный коллектив. Мне понравилось, как они относятся  к звуку, как они относятся к репетициям. Но нам было достаточно одной репетиции, чтобы сыграться. Они мне по электронке высылали эксклюзивную вещь, которую я должен был подготовить. Экслюзив заключался в том, что это была песня, текст которую Патрисия написала сама. Очень интимная вещь, о каких-то ее переживаниях  в жизни. Она звучит на 50 процентов как песня и на 50 процентов  как текст на музыку. Получилось очень красиво и этот номер мы исполняли. И после этого номера они (коллектив Каас) спросили как бымежду прочим, а  «Очи черные можешь»?

В этот момент мне  вспомнился эпизод из фильма «Место встречи изменить нельзя», когда уголовник Промокашка спрашивает о Шарапова: «А “Мурку” сыграть можешь?». Судя по всему «Очи черные» Петр Дранга сыграл легко. Ведь что стоит мастеру сыграть известное произведение?

  • И как Патрисия  вам как человек? На каком языке вы с ней разговаривали, — поинтересовалась одна из журналисток.

— На английском, – ответил Дранга, – я достаточно свободно говорю по-английски. А как человек Патрисия – прекраснейший человек. Настоящая трудяга. Я бы назвал ее человеком, который развита во многих направлениях. С ней интересно и поговорить и поработать.

  • А можно сказать, что вы всего добились своим трудом, своими усилиями, несмотря на то, что у вас родители известные, – задала вопрос одна из моих коллег.

 Ответ на этот вопрос дался Петру легко. Собственно говоря, ответ был уже в самом вопросе.

 — Я всего достиг благодаря своим родителям, – ответствовал г-н Дранга, –меня родители музыке научили. Мне папа до сих пор дает строгие советы по полифонии, но я пошел по эстрадному пути, – сказал Петр и вздохнул…

И тут я понял, что пришла пора взвешенных вопросов. Моих.

 — Петр, а сколько весит аккордеон?

 — 16 кг.

 — И как вы с ним два часа бегаете по сцене?

— Вы знаете, – серьезно ответил Дранга, – своя ноша не тяжела. Если с пяти лет начал таскать, так уже как-то привык.

И тут мне показалось, что надо задать вопрос по тематике и, напрягшись, я спросил:

 — А вот кого вы любите из композиторов слушать в свободное от работы время?

 — Джеймс Ньютона, Артемьева, мне нравится музыка «Ред снейпер», группа «Ньют мав» (такая рефлектирующая музыка). Да мне вообще много кто нравится. Во!!! Стинга люблю.

Пока я осмысливал сказанное, мои юные коллеги, задали другой вопрос:

 — Вы кому из известных певцов  хотели бы поаккомпанировать?

— Я? – шутейно оскорбился Дранга, — никому! Я сам известный и знаменитый…

 — Петр, многие ваши коллеги ухитряются сочетать работу с занятиями политикой. Например, вступают в «Единую Россию». Когда вы станете политиком? – это я вспомнил о своих прямых обязанностях…

 — Я далек от этого, – отбрил артист.

 — А в футбол вы играли?

 — Играл. Совсем недавно. На Олимпиаде в Китае (в 2008 году) с Димой Носовым и Костей Цзю.

 Услышав фамилию известного  боксера, я снова насторожился и уже приготовился задать вопрос, а ничего вам  Костя не отбил? Но тут Петр меня разочаровал.

 — Короче, играл я с ними, играл. Потом мне надоело, и я пошел в бассейн поплавать. Плавание мне все-таки больше нравится.

 Я разочаровался. Но все же памятуя о  том, что главный герой он, а не я, вспомнил отличнейший вопрос:

 — Мой коллега из газеты «Коммерсант-Сибирь»,  узнав о том, что  иду на встречу с вами, просил узнать, чем отличается аккордеон от баяна, – бодренько спросил я. При этом забыв сказать, что мой друг Валерий Лавский (заместитель шеф-редактор «Коммерсанта-Сибирь») для начала поинтересовался: ху из  Дранга?

К моему удивлению, Дранга ответил серьезно (Вообще-то Петр – человек серьезный, но работа есть работа и ему приходится играть на публику…)

 — Аккордеон и баян – это инструменты не принципиально разные, но, тем не менее, с разной историей и с разным временем создания. Баян появился раньше, чем аккордеон, и это более русский инструмент.

 После этого вопроса в колонках гримерки заиграла музыка. Петр вспомнил, что вообще-то его задача – подарить радость людям. И поэтому, извинившись, он, отпросился на репетицию.

Журналисты – люди добрые. Мы согласились, что ему надо прорепетировать…

 

Ерлан Байжанов

Фото Дмитрия Елисеева и из открытых источников

 


comments powered by HyperComments


Оставьте комментарий: